ПОШЛИ ЛИ ВСПЯТЬ БИОЛОГИЧЕСКИЕ ЧАСЫ?

<< предыдущая статья     оглавление     следующая статья >>
ПОШЛИ ЛИ ВСПЯТЬ БИОЛОГИЧЕСКИЕ ЧАСЫ?

Российский ученый комментирует сенсационное открытие британского биохимика

На этой неделе информационные агентства распространили сенсационное сообщение: британскому биохимику Илам Абульядайель, уроженке Саудовской Аравии, работающей в Англии, удалось, цитирую, "перевести назад стрелки биологических часов, отвечающих за старение и конечную гибель клеток". Разработанная исследователем методика позволяет вернуть лейкоциты, белые клетки крови, отвечающие за иммунные процессы в организме, в то состояние, в котором они находились еще при развитии эмбриона. Что, по сообщению, чрезвычайно важно: именно эмбриональные клетки используют сейчас для лечения многих тяжелых болезней. Применение "омоложенных" клеток из органов взрослого человека снимет этическую проблему, связанную с незаконным вовлечением вмедицинскую практику человеческих эмбрионов. К тому же возрастет эффективность такого рода имплантации "взрослых" клеток, ибо они, плоть от плоти самого пациента, будут генетически полностью совместимы с его организмом. Сообщается также, что независимой группе ученых из Кембриджа удалось повторить результаты эксперимента Илам Абульядайель. Если все в этой информации - правда, ученому с труднопроизносимой фамилией удалось совершить, без преувеличения, революцию в биохимии, а в перспективе - и в медицине.

Прокомментировать научную новость редакция попросила профессора кафедры биохимии Московской медицинской академии им.Сеченова, зав. лабораторией молекулярной биологии Московского НИИ медицинской экологии правительства Москвы доктора биологических наук Александра ГЛУХОВА.

- Александр Иванович, нередко случается, что информагентства ошарашивают научными и прочими сенсациями, которые на поверку оказываются "утками" чистейших кровей. Что, на ваш взгляд, скрывается за этим сообщением?

- Когда вы позвонили, мы попытались найти на научных сайтах Интернета что-нибудь более обстоятельное, чем короткое изложение сути открытия. Не нашли, что, впрочем, еще не свидетельствует о некоем розыгрыше или о чьей-то сознательной дезинформации. Почему - мы к этому еще вернемся, но проблема, в решении которой вроде бы добилась выдающегося успеха британский исследователь, хорошо известна, и расколоть этот орешек пытались и пытаются ныне многие ученые из многих стран, в том числе - российские. Она действительно насущна, использование в терапии "взрослых", но "омоложенных" клеток стало бы подлинным прорывом в медицинской практике.

- Почему это невозможно сегодня? Откуда вообще взялась дилемма: либо клетки эмбрионов, либо взрослых людей?

- В том-то и дело, что такой дилеммы, то есть выбора, до сегодняшнего дня просто нет. Как соблазнительно было бы взять учеловека с пораженной, скажем, циррозом печенью здоровые клетки этого органа, поместить их в питательную среду, заставить делиться, размножаться и потом вернуть накопленный клеточный материал в ту же самую печень... В идеале подсаженная здоровая клеточная масса со временем заменит пораженную, "обновит" пораженный орган. Увы, трюк не проходит. "Старые" клетки, хоть убей, не делятся ни в идеальной для них питательной среде вне организма, ни в привычных условиях человеческого тела. Клетки ведь вопреки традиционным некогда представлениям тоже стареют. Они смертны, им отведено природой примерно 50 делений. Эту их особенность охарактеризовал еще в 1881 году великий немецкий биолог Август Вейсман, писавший: "Смерть обусловлена тем, что изношенные клетки не могут самообновляться, а их способность к росту путем деления не вечна, но ограничена". Позже о гениальном предвидении Вейсмана забыли, и догмой считалось бессмертие клетки, могущей сколь угодно долго существовать в некоей идеальной питательной среде. Отсюда, кстати, и представления о бесконечно долгой жизни человека, если ему предоставить "правильные условия существования". Так вот, в отличие от "взрослых", уже поживших клеток эмбриональные отличаются высокой способностью к делению. К тому же они не столь специализированы, то есть пригодны для размножения не только в органе, из которого взяты, но и в других, иного назначения. У "взрослых" же довольно рано, уже на определенной стадии развития эмбриона, возникает так называемая "дифференцировка", то есть способность, скажем, печеночной клетки функционировать только в печени пациента. Как правило, обретая такую разборчивость, клетки теряют способность размножаться.

- Вернуть им такую способность и есть, по вашим словам, магистральный путь подобных исследований?

- Совершенно верно. К слову, приоритет наших, отечественных ученых в этой области общепризнан в мире. Бесценен, например, вклад советского исследователя Алексея Оловникова, который еще в 1971 году предположил, что могут существовать факторы, которые способны влиять на продолжительность жизни клетки. Через несколько лет "вычисленные" им условия подтвердились экспериментально. Так, ученые обнаружили фермент особого типа, теломеразу, которая таким фактором и является. Со временем стало ясно, что именно с теломеразой связаны главные надежды на "оживление", иммортализацию клетки. В 80-е годы у нас проводились эксперименты, имевшие целью разобраться, что происходит с клеткой при ее иммортализации. Считалось, что если она искусственно "оживлена", то предрасположена к перерождению в опухолевую, очень интенсивно делящуюся. Парадокс результата состоял в том, что никому и никогда не удавалось превратить нормальную клетку в опухолевую, хотя ее интенсивно обрабатывали канцерогенами. Проследить, на какой стадиии при каком воздействии на клеточном уровне возникает рак, не удавалось. Объектом экспериментов выбрали тогда клетки крови - лимфоциты, которые считаются дифференцированными, то есть неделящимися. Воздействовали на них вирусом Эпштейна-Барр, живущим в человеческом организме. Клетки начинали делиться, но использовать их для наращивания клеточной массы и последующей имплантации в больной орган никто, понятное дело, и не думал. Вирус, он и есть вирус, и что с ним, а значит, и с организмом, произойдет позже, предсказать невозможно. К тому же - и это главное - целью исследований была вовсе не наработка клеточного материала в интересах практической клеточной терапии. Тут-то подоспела весть об открытии фермента теломеразы. Проверили опухолевые клетки - в них активность фермента высочайшая. А в дифференцированных, неделящихся - почти нулевая. Комбинируя целые конструкции из генов теломеразы, некоторых вирусов и одного онкогена и обрабатывая ими клетку, удалось наконец получить опухолевую клетку, чего раньше не получалось. Повторюсь: и эти эксперименты не имели целью практическую терапию, но исключительная роль теломеразы как стимулятора клеточного деления была доказана.

- Считаете, что теломераза и определила успех британской исследовательницы?

- Утверждать такое определенно не берусь. В сообщении, которое вы попросили прокомментировать, нет и намека на механизм воздействия на "взрослую" клетку. Не содержится в нем и никаких указаний именно на генно-инженерную методику ее "оживления". Могу лишь предполагать, что дама из Саудовской Аравии ввела в лейкоциты так называемую векторную молекулу на основе ретровируса, содержащую ген теломеразы, и получила жизнеспособные клоны, способные делиться. Получила ли она в результате так называемую стволовую кроветворную клетку, являющуюся предшественницей лейкоцита, остается пока непонятным. Не исключаю, однако, что на клетку оказали чисто физическое воздействие, скажем, каким-нибудь облучением, хотя этот вариант менее вероятен.

- Что-нибудь подобное уже известно? Работы такого рода где-нибудь ведутся?

- Да, конечно. И уже есть интересные результаты. Американские ученые, например, успешно иммортализировали клетки с помощью определенных форм той же теломеразы и добились высокого потенциала деления. Известны также работы по вживлению мышам с удаленными надпочечниками контейнера с иммортализированными клетками коры надпочечников телят.

- И эти исследования, как можно ожидать, известны все-таки по научным публикациям, хотя и лишь узкому кругу специалистов... Почему же об открытии никому не известной г-жи Абульядайель заявлено столь широковещательно, с использованием не специальной печати, а средств массовой информации?

- Если исключить вариант мистификации, причин может быть несколько. Возможно, выплеск популярного изложения открытия в масс-медиа - пиаровская акция с целью привлечь внимание общественности к социально значимому исследованию. Как следствие - повысить рыночную стоимость новинки, на которую, надо полагать, потрачены и будут еще израсходованы немалые средства. Причина номер два: любая иммортализация чревата не вполне стабильными, неизменно повторяемыми результатами. Иначе говоря, процесс, что называется, пошел, но вот клетки делятся не столь интенсивно, как надо и хотелось бы. И, наконец, есть еще и соображения патентной защиты разработанной методики. Пока открытие не защищено со всех сторон от заимствования, автор и его спонсоры не заинтересованы в разглашении сути в какой бы то ни было форме, чем, на мой взгляд, объясняется и отсутствие научной публикации на этот счет, и скупость информации в уже распространенном сообщении.

- Допустим, все в нем - правда. Совершен революционный скачок в биохимии клетки, сулящий радикальные перемены в терапии человека путем "омоложения" и подсадки в больные органы его же клеток. Долог ли путь от чисто лабораторных исследований до практической медицины?

- Я думаю, долог - годы, а то и десятилетия. Важно ведь избежать нежелательных последствий, свести их до минимального уровня. Исключить, например, возможность перерождения "омоложенной" клетки в опухолевую. Придется годами наблюдать за еще не внедренными в больной орган клетками, отслеживать, как они делятся в организме. Само собой, экспериментировать сначала на животных. Потом - на людях-добровольцах, которым нечего терять, потому что, не помоги им жизнетворными клетками, они погибнут от неизлечимой другими методами болезни. И потом надо еще иметь в виду, что даже успешно иммортированная, то есть "оживленная", клетка не тождественна полностью эмбриональной. С ней ее роднит только способность делиться, но не множество других свойств, присущих клеткам, полученным из абортивного плода. Еще неизвестно, способен ли такой "искусственный" клеточный материал в полной мере заменить в терапии "естественный". Беру в кавычки эти определения, потому что грань, отделяющая первый от второго, весьма условна, почти эфемерна. И в этом смысле утверждение в сообщении, что "методика позволяет вернуть эти клетки в состояние, в котором они находились еще при развитии эмбриона", явное преувеличение. Как, впрочем, и то, что Илам Абульядайель "удалось перевести назад стрелки биологических часов, отвечающих за старение и конечную гибель клеток". Ведь обрести способность размножаться - еще не значит впасть в первородное состояние эмбриона. ("ВРЕМЯ-MN", 20.01.2001)

<< предыдущая статья     оглавление     следующая статья >>