СТРАСТИ ПО ШОЙГУ: ОТ ЛОШАДЕЙ ДО "МЕДВЕДЕЙ"

<< предыдущая статья     оглавление 
СТРАСТИ ПО ШОЙГУ: ОТ ЛОШАДЕЙ ДО "МЕДВЕДЕЙ"

Родился Сергей Кужугетович 21 мая 1955 года в городе Чадан Тувинской АССР в семье тувинца и русской. По преданиям, отца его звали Шойгу Кужугет, однако то ли по оплошности паспортистки, то ли по какой-то еще таинственной причуде непредсказуемой советской национальной политики при составлении документов поменяли местами фамилию и имя. Не случись этого, был бы у нас нынче главный спасатель и главный же медведь по имени Сергей Шойгович Кужугет.

Но ничего, и так, как говорится, неплохо вышло. Тем более что с родителями ему чрезвычайно повезло. Отец его дослужился до поста заместителя председателя Совмина республики, так что карьерные дороги перед будущим министром были открыты. Выбрал он из них самую незамысловатую.

В 1977 г. Сергей Шойгу окончил Красноярский политехнический институт по специальности "инженер-строитель" и отправился строить коммунизм на стройки Сибири. А так как коммунизм в Сибири по доброй воле советские люди строить не желали, то несколько лет подряд Шойгу-строитель провел в "зонах" – на сибирских и северных стройках, где подчиненными будущего министра были, по большей части, заключенные и "химики".

От тех дней, по слухам, остались у Шойгу недюжинные способности в области владения блатным жаргоном. Которые, впрочем, главный спасатель практически никогда не демонстрирует на публике. Однако в то, что народной лексикой Сергей Кужугетович владеет в совершенстве, веришь сразу и безоговорочно, стоит лишь поподробнее узнать о первых этапах его трудовой биографии: с 1977 по 1984 год – мастер, начальник участка, старший прораб, главный инженер, заместитель управляющего строительных трестов в Красноярске, Кызыле, Ачинске и Саяногорске. С 1985 по 1988 год – управляющий трестами "Саянтяжстрой", "Абаканвагонстрой" в Абакане. Согласитесь, совсем не те места, где учат хорошим манерам. Так что неудивительно, что, по свидетельствам очевидцев, Шойгу запросто открывает пивные бутылки зубами и из принципиальных соображений не собирается следовать модным тенденциям здорового образа жизни, с удовольствием употребляя крепкие сигареты и крепкий алкоголь. По слухам, любимый напиток – виски.

Но вернемся к биографии героя. В гуще народа он продержался около 10 лет, а в 1988 двинулся вверх по партийной линии. В 1988-1989 гг. был вторым секретарем Абаканского горкома КПСС, в 1989-1990 гг. – инспектором Красноярского обкома КПСС. Партийная карьера пошла еще более успешно, нежели даже строительная: уже в 1990 году Шойгу оказался в столице. В Москву Шойгу попал путем, стандартным для партаппаратчика тех лет: молодой перспективный партработник, естественно, был отправлен повышать идейно-политический уровень в Высшую Партийную школу. А закончив ее, сразу же получил новое назначение, да так и осел в столице. Впрочем, может быть, помимо прочего, в конце 80-х – начале 90-х в атмосфере доживающего последние годы СССР действовали какие-то загадочные вихри, обеспечивавшие партработникам из числа бывших строителей места поближе к центру разворачивавшихся событий. Но, как бы то ни было, Шойгу повезло не просто устроиться на работу в Москве, но даже – по когда-то полученной специальности: его назначили заместителем председателя Госкомитета РСФСР по архитектуре и строительству. Кстати, любопытная деталь: тогда, в 1990-м, он был всего лишь капитаном запаса. Сегодня – уже генерал-полковник. Такой стремительной военной карьере позавидовал бы даже фельдмаршал Кутузов.

Строителем и капитаном Шойгу числился весьма недолго. Уже в 1991-м он возглавил Российский корпус спасателей, ставший вскоре Государственным комитетом РСФСР по чрезвычайным ситуациям. С тех пор дела Сергея Кужугетовича шли исключительно в гору, причем – небывалый случай – безо всяких видимых усилий с его стороны. Другие выступали с бронетранспортеров, защищали демократию, боролись с коррупцией, защищали законно избранный Верховный Совет, сидели в Лефортово. Шойгу оставался на месте, продолжая тихо и спокойно делать порученное ему благородное дело – будь то организация извлечения из завалов жертв землетрясения, отправка гуманитарных грузов или помощь пострадавшим от стихии колумбийцам. Однако, оставаясь на месте, он, тем не менее, двигался вперед – способность, доступная лишь наиболее гениальным аппаратчикам. Посты меняли названия, которые становились все громче и значительнее, количество звезд на погонах росло. С 19 ноября 1991 года по 1994 год Шойгу – председатель Государственного комитета РФ по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий. С января 1994 года – уже член правительства, Министр РФ по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий. По ходу дела он получил статус члена Совета безопасности и звание генерал-полковника. Случай в новейшей российской политической истории небывалый – с 1990 года работая во властных структурах, Сергей Кужугетович пережил путч 1991-го, конституционный кризис 1993-го, отставки 1996-го и при этом не только ни разу не споткнулся и не попал в опалу, но даже не нажил себе сколько-нибудь серьезных недругов.

При этом Шойгу умудрился остаться исключением из правил еще в одном – простой российский обыватель, считающий всех обитателей правительственных зданий ворами, жуликами и негодяями, недостойными даже отдельной камеры в Лефортовской тюрьме, Сергея Кужугетовича все эти годы любил или уж, по крайней мере, уважал. Тут главному спасателю немало помогли масс-медиа, и в первую очередь – телевидение: пока коллеги Шойгу по политическому Олимпу обрабатывали друг друга компроматом, апельсиновым соком и Александр Глебычем Невзоровым, Шойгу появлялся на экране не иначе как в горячих точках и местах стихийных бедствий, в России, в Турции или в Колумбии, но непременно – в гуще спасательных работ.

При этом по специфически восточным чертам лица и непременному оранжевому обмундированию средь других спасателей узнавался безошибочно. Муравей-трудяга, а точнее – надежный тягловый конь, способный вытащить тонущего со дна моря, придавленного из-под завала – и уж, наверное, страну из пропасти.

Сам Шойгу, впрочем, ни разу за долгие годы не признался в желании заняться политическим спасательством. Несмотря даже на то, что на выборах 1993 года его имя стояло в списке блока "Выбор России", а в 1995-м – НДР. Но Шойгу и политические кунштюки, столь нелюбимые народными массами, не сочетались в сознании этих самых масс категорически. Тем более что Шойгу, следуя в фарватере партийной линии, как-то незаметно превратившейся в государственную, умудрился ни разу публично не проявить своих политических воззрений. По каковому поводу пишущая братия оказалась в существенном затруднении. Человек реально претендует на статус премьер-министра не далее как во втором квартале, а какой экономики, к примеру, он хочет для России – рыночной, плановой, а может, он и вовсе не знает, какова между ними разница – сказать никто не в состоянии. Сам же он, по обыкновению, хитро отмалчивается. Ну ничего, поживем – увидим. /"Утро", 10 января/

<< предыдущая статья     оглавление