СТРАНА – НА ПОРОГЕ КОММУНАЛЬНОЙ КАТАСТРОФЫ

<< предыдущая статья     оглавление     следующая статья >>
СТРАНА – НА ПОРОГЕ КОММУНАЛЬНОЙ КАТАСТРОФЫ

На вопросы "ЛГ" отвечает заместитель председателя Комитета по труду, социальной политике и делам ветеранов Госдумы А. Исаев

Игорь СЕРКОВ

Мы “проспали” реформы, а когда проснулись, оказались на пороге “коммунальной катастрофы”. Уже более трех лет существует концепция реформирования жилищно-коммунального хозяйства, но нынешняя зима показала, как на самом деле, а не на бумаге развивается ситуация. ЖКХ – один из немногих “нерыночных архаизмов в нашей рыночной экономике”.

Так сказал президент и объявил о начале реформы в жилищно-коммунальном хозяйстве.

Правительство должно разработать и представить программу модернизации жилищно-коммунального комплекса к середине апреля...

Цели провозглашены. Но реально ли проведение реформы, затрагивающей практически каждого жителя России в нынешней экономической ситуации?

– Итак, Андрей Константинович, проспали жилищно-коммунальную реформу, дотянули до катастрофы?

– Разговоры о реформе действительно ведутся уже свыше трех лет. Что и говорить, система предоставления социальных льгот при сохранении низкой оплаты труда сегодня неэффективна. Она досталась нам со времен государственного социализма, который предполагал, что большую ее часть мы получали в натуральной форме в виде дотаций на жилье, бесплатного образования, бесплатного здравоохранения, дешевых цен на основные товары потребления. Меньшую часть нашей заработной платы государство выдавало в виде денег на карманные расходы... Такая система в рыночной экономике, естественно, работать не может. Тем более что и дотирование у нас сегодня весьма своеобразное...

– В чем это выражается?

– Есть исследования, которые свидетельствует о том, что 80 процентами средств, выделяемых на дотирование и социальные льготы, пользуется 20 процентов наиболее богатого населения нашей страны.

– И почему такое происходит?

– Потому что дотирование у нас безадресное. Как получить дотацию? Тут только один путь. Вы осуществляете некий вид деятельности, который государство дотирует, и дотация для вас появляется автоматически. Например, вы имеете большую квартиру, следовательно, получаете максимально возможные дотации на жилье. Вы активно используете электроэнергию – у вас компьютер, печка микроволновая, холодильник, обогреватели, значит, вы максимально используете дотации на электроэнергию.

– Как говорит президент, пусть богатые платят за себя по полной?

– Да, потому что льготы для них оборачиваются тем, что не хватает денег тому же жилищно-коммунальному хозяйству. Нет возможности повышать там заработную плату. И возникает замкнутый круг.

– Есть способ его разорвать?

– Тут вопрос, с чего начинать. И здесь мы всегда расходились с правительством. Мы говорили: первый шаг – это повышение заработной платы как основного источника доходов для подавляющего большинства населения. После этого можно переходить к более адресному дотированию. Понятно, что, если человек будет получать приличную заработную плату или более высокую пенсию, он сможет заплатить за жилье, за свет, за газ полную цену.

– Сегодня правительство согласно с таким порядком действий?

– Как будто.

– Но здесь возникает интересный вопрос: что такое более высокая заработная плата и кто такой “богатый человек”?

– Совершенно верно. Правительство готово объявить “богатыми” всех, кто получает доход выше прожиточного минимума на душу населения или в крайнем случае двух прожиточных минимумов. Но “потребительская корзина”, на основании которой рассчитывается этот прожиточный минимум, была сформирована в 1992 году. Она предполагает 30 килограммов мяса на год, одно пальто на 16 лет. И так далее. Согласитесь, это дикие показатели.

– Неужели нельзя эту “корзину” пересмотреть?

– Буквально несколько дней назад Государственная Дума разбирала два законопроекта. Один внесло правительство и предложило продлить действие этой “потребительской корзины” на... четыре года. Второй внесли мы, группа депутатов, мы предложили продлить на год. Это то время, за которое правительство может провести новые расчеты, представить нам на утверждение новую “корзину”. Мы должны принять закон о нормальной “потребительской корзине” и на основании его рассчитывать прожиточный минимум. И после этого мы скажем: те, кто имеет три, пять реальных прожиточных минимума на одного члена семьи, способны заплатить за себя сами. Тот же, кто документально подтвердит, что он получает доходы ниже указанной величины, имеет право на дотации в виде освобождения от части выплат. Точнее говоря, если уж окончательно переходить на рыночную экономику, должно быть даже не освобождение от выплат...

– А что?

– Государство само должно за этих людей вносить необходимые выплаты. Чтобы сами жилищно-коммунальные предприятия получали все-таки средства в полном объеме, а не справки и бумажки.

– Кстати, Путин сказал, что в этом году выделено 9 миллиардов рублей на социальную поддержку, но до муниципалитетов дошло... 10 процентов. 90 процентов пропали по дороге!

– Потому что у регионов достаточно других прорех, которые они пытаются этими деньгами затыкать.

– Три года назад, когда Борис Немцов, будучи первым вице-премьером, предлагал радикальную реформу ЖКХ, были условия для ее успешного проведения? Что-то могло получиться?

– Не думаю. Опять-таки почему? Немцов предлагал проводить ее в условиях массовой задержки пенсий и заработной платы. Причем задержки только нарастали в тот момент. Собственно говоря, реформа, предложенная им, фактически сводилась к одному: мы вас больше дотировать не будем, вы на местах крутитесь, как хотите, но мы вам советуем перевести всех на полную оплату жилища и услуг. Предлагалось создавать кондоминиумы, выдавать формальные бумаги с зачислением жильцов в “собственников всего дома”... И при этом повышать плату. К этому, в сущности, вся реформа сводилась.

В 1998 году шансов на успех не было никаких. Почему сегодня они появились? Потому что у населения есть какие-то деньги. Пенсии все-таки платят, задолженность по зарплате сохраняется, но не растет, и текущую зарплату выплачивают. Есть что брать за квартиру, газ, свет, воду. Но начинать реформы надо с того, что отделить бедных от богатых и для последних начать повышение платы.

– Итак, задача перед правительством президентом поставлена, определены сроки, есть вице-премьер Христенко, который назначен главным по этому делу. Вас не смущает вероятность того, что правительство послушно примется за реформу и... все обернется только повышением квартплаты?

– Смущает. К тому же я вижу, что правительство влезает сразу в несколько очень сложных социальных проблем. Влезает и... увязает. Реформа трудового права. Пенсионная реформа. Если к этому добавляется еще жилищно-коммунальная реформа...

– Что же, лучше и не начинать?

– Начинать надо. Разработать общие принципы, чтобы рост доходов хотя бы немного опережал рост расходов, которые будут связаны с введением новых правил.

– Правительство еще не приходило в Думу с конкретными предложениями?

– Нет. Пока все его силы идут на то, как выйти из ситуации с нашим замечательным бюджетом, в который умудрились не заложить деньги на выплату долгов.

/"Литературная газета", 6 марта/

<< предыдущая статья     оглавление     следующая статья >>