НИЖЕГОРОДСКИЕ ЧЕЛНОКИ, ВОЗМОЖНО, СКОРО ЛИШАТСЯ РАБОТЫ

<< предыдущая статья     оглавление     следующая статья >>
НИЖЕГОРОДСКИЕ ЧЕЛНОКИ, ВОЗМОЖНО, СКОРО ЛИШАТСЯ РАБОТЫ

Ирину Старостину, продавщицу турецких поролоновых тапочек со Средного рынка в Нижнем Новгороде, в последнее время очень тревожит проблема лишних килограммов. Они могут лишить ее работы, небольшого, но стабильного дохода, на который содержит себя и несовершеннолетнюю дочь. Проклятый вес не согнать в бане или шейпинг-клубе, ибо необходимость похудания, вмененная законом, касается не женской фигуры, а товара. От килограммов в тюке, пересекающем кордон, ныне зависит, сколько российский коробейник сможет провезти товара без драконовских сборов и какое число не обремененных высокими доходами соотечественников способен недорого одеть и обуть. В конце концов, с этими самыми килограммами связана судьба тысяч таких Ирин, торгующих на рынках.

По осени правительство в очередной раз “порадовало” российский мелкий опт таможенным нововведением. Отныне беспошлинно оформить груз весом до 50 кг и стоимостью до одной тысячи долларов сможет только тот, кто лично сопровождает его. Всё, что превысит норму, будет облагаться ввозной пошлиной и НДС на общих основаниях.

В принципе смысл новой задумки государства понятен: убрать конкурентов потребительской индустрии под предлогом создания равных условий для всех субъектов хозяйствования. Новые меры, оказывается, направлены не назло челнокам, а против так называемых карго-фирм, делающих бизнес на беспошлинном ввозе товаров. Те дробят груз на малые доли, оформляют на каждую партию доверенность от частного лица и тем самым пользуются законными льготами. Но челноки и работающие с ними продавцы в беседе с корреспондентом “Вёрст” заявили, что пошлины пролоббировали их конкуренты - отнюдь не бедные супермаркеты и бутики. И добавили: понятно, те, кто эти законы пишет, на рынках не одеваются.

Проигравшие в единоборстве с челноками обувная, швейная и другие отрасли, ради которых вводятся новые правила, отнюдь не готовы порадовать население дешевыми и качественными изделиями. Сегодня оборудование швейных предприятий задействовано лишь на 18%, обувные фабрики, способные ежегодно выпускать 160 млн пар, производят только 5 млн.

“Речь не идет о льготных кредитах обувщикам и швейникам, налоговых преференциях для них, - считает генеральный директор консультационной фирмы “Сормовский коммерческий центр” Капитолина Скворцова. - По сути, один к одному повторяется ситуация с таможенными пошлинами на подержанные импортные автомобили, когда покупателя чуть ли не носом тычут в собственную, отнюдь не блестящую продукцию. В принципе это нарушение Закона о правах потребителя - его лишают выбора”.

Торговцы говорят, что стоимость кофточек, брючек и прочего завозного ширпотреба подскочит на 20, а то и 30%. У продавщицы Людмилы Васильевны, бывшего педагога, работающей на рынке с 1997 года, блузки из Польши нынче идут по 300-400 рублей, но скоро каждая обойдется покупателю не менее 600.

“Больше всего опасаюсь, что спрос упадет и я окажусь не у дел, - сетует она. - У нас ведь окладов нет. На сколько продашь, столько хозяин тебе в конце дня заплатит. Пока делаем покупателям скидки до 10%, но с повышением таможенных пошлин уступать покупателю уже не сможем”.

Таких интеллигентных продавцов, как Людмила Васильевна, на нижегородских рынках много. Хозяева торговых палаток охотно принимают на работу бывших врачих, учительниц, инженерш в возрасте “от сорока и к пенсии...”. Поскольку они исполнительны, не капризны, умеют общаться с покупателями, вежливы и терпимы. Да и денег за работу много не просят. Свой бизнес им открывать страшно - начальный капитал нужен не менее тысячи долларов. И это только на закупку товара.

Ирина, та самая, что продает тапочки, пыталась открыть собственное дело. Энтузиазма, правда, хватило на полгода. Одолели проверяющие органы. Помыкалась женщина в поисках лучшей доли, но вышло, что лучшая здесь, на Средном рынке.

“Если его закроют, другой работы не найду, - говорит Ирина. - Я по профессии кондитер. Хотела устроиться по специальности. Пришла в одну фирму, там как раз кондитеров приглашали на работу. По всем параметрам вроде подходила, кроме возрастного. Вам, сказали, около сорока, а нам молодежь необходима. А тут я нужна и в свои 38 лет”.

По данным региональной службы занятости, ныне 45% безработных - именно женщины “бальзаковского возраста” с высшим и средним специальным образованием, которым, кроме вещевого рынка, некуда податься. А статистика департамента потребительского рынка свидетельствует: при средней зарплате в регионе 100-150 долларов зимняя обувь в нижегородских бутиках стоит 80-100, тогда как на вещевых рынках - всего 30-50 долларов.

Впрочем, на местах уже ощущают, что государство, декларируя поддержку предпринимательства, на самом деле его губит. И челноков, и иже с ними малый бизнес в целом. Не случайно по инициативе губернаторского совета по развитию предпринимательства депутаты областного Законодательного собрания предлагают Госдуме снизить налоговое и таможенное бремя в отношении малого бизнеса, в котором заняты 83% предпринимателей региона.

Челноки - конкретно

В России насчитывается около 6 млн челноков, из них 40 тысяч - в Нижегородской области. С учетом людей, работающих на них, цифра возрастает почти втрое.

По данным Государственного таможенного комитета РФ, ежегодно в страну беспошлинно ввозится товаров более чем на один миллиард долларов.

Ежегодно в России реализуется на 110 млн долларов импортной обуви, половина которой привезена челноками.

Оборот нижегородских туристических фирм, основную массу клиентов которых составляли челноки, в ноябре снизился на 35%.

По мнению железнодорожников, отныне будет невыгодно гонять специально созданный для челноков состав Москва-Пекин. Возникнут проблемы с загранрейсами компании “Нижегородские авиалинии”, поскольку более половины пассажиров - челноки. ("Версты", 09.01.2003)

<< предыдущая статья     оглавление     следующая статья >>