СЕРГЕЙ САМОЙЛОВ:МЫ ХОТИМ ВЕСТИ С РЕГИОНАМИ ЧЕСТНЫЙ ДИАЛОГ

<< предыдущая статья     оглавление     следующая статья >>
СЕРГЕЙ САМОЙЛОВ:МЫ ХОТИМ ВЕСТИ С РЕГИОНАМИ ЧЕСТНЫЙ ДИАЛОГ

Cергей Самойлов, начальник Главного территориального управления администрации Президента Российской Федерации, отвечает на вопросы корреспондента "Российской газеты".

- В разные периоды российской истории у центра с регионами отношения складывались по-разному. Уже надоевшая и затертая от чрезмерного употребления фраза о суверенитете, который раздавался порционно, кто сколько может унести, тем не менее четко отразила, в какую сторону качнулся маятник в начале последнего десятилетия. Теперь приходится предпринимать огромные усилия, чтобы исправить эту ошибку. Не единственную, надо полагать?

- Сама тенденция, что в федеративном государстве у каждого субъекта Федерации должен быть большой объем полномочий, сомнений не вызывает. Этого требовала и экономическая ситуация, в которой оказалась страна. На каждом уровне власти нужны были сильные руководители, понимающие свою роль и способные взять на себя ответственность. Поэтому и становление местного самоуправления, и становление новой системы органов государственной власти субъектов Федерации стратегически было правильно. Но слабость федерального центра, частая смена председателей Правительства, руководителей ключевых министерств, ведомств не позволяли построить в каждой из этих вертикалей свою систему управления. Ощущение, с одной стороны, полной самостоятельности, с другой - стрессовых ситуаций, в которых находились регионы, подвигало их на поиск своих правил игры, которые, с точки зрения местных руководителей, позволяли бы создать мини-экономику и правовое поле, защищающее регион. А федеральный центр, имея в регионах значительную часть полномочий, не выстроил свои органы для защиты собственных полномочий. Это как раз и было главной ошибкой десятилетия: центр и регионы - каждый жил по своим правилам. Когда-то они совпадали, когда-то разнились. Но единых, объединяющих правил игры, не было.

- В конечном итоге и Совет Федерации перестал являться тем органом, который служил бы буфером между Президентом и Государственной Думой в принятии таких законов, что учитывали бы и интересы регионов и сплачивали Россию, а вышел на самостоятельную политическую линию. Угроза сепаратизма, разрыва экономического и правового пространства стала реальной.

- Значит, Александр Исаевич Солженицын не преувеличивал, когда говорил, что беда, постигшая Союз, грозит и России?

- Никакого преувеличения. Все абсолютно серьезно. И внутренние, и внешние угрозы в этом смысле для России сохраняются, и нельзя их преуменьшать. Сложная социально-экономическая ситуация, вооруженные конфликты, политические амбиции лидеров, наличие анклавных территорий, высоко криминализированного сектора экономики - уже всего этого достаточно для большой тревоги о судьбе страны.

- Но есть, например, еще такой факт - на российской территории Сибири и Дальнего Востока живут 15 миллионов человек, а напротив, через границу, - свыше миллиарда населения, имеющего огромный финансовый капитал и маленькую ресурсную базу. И считать, что вся эта масса не имеет интересов на территории России, было бы наивно.

- Владимир Владимирович Путин, еще не будучи в должности Президента, почувствовал возрастающую опасность распада России. И потому встал на путь серьезной административной реформы. Ошибаются те, кто думает, что нынешние преобразования - простая смена декораций.

- Но именно так некоторые воспринимают создание федеральных округов, считая, что этим объявленное укрепление власти и исчерпывается...

- Реформа предусматривает, с одной стороны, укрепление исполнительной вертикали от Президента через губернаторов и органы местного самоуправления к выполнению интересов населения, защите их прав и свобод. С другой - выстраивание федеральной вертикали от Президента через полномочных представителей в федеральных округах к территориальным федеральным органам для того чтобы контролировать, как реализуются функции, которые принадлежат центру. Это серьезная реформа, и она встретит еще немало сопротивления на своем пути, потому что затрагивает интересы всех тех, кто уже привык к месту и роли, которые много лет занимал.

- Однако напрасно кто-то считает реформу чужеродной или надуманной. И дело не только в российских исторических традициях с их генерал-губернаторствами. Ведь регионы сами тянулись друг к другу, создавая межрегиональные ассоциации экономического взаимодействия. В свою очередь и федеральные структуры на территориях выходили на более крупные масштабные центры управления. Поэтому придание статуса федеральных округов семи крупным межрегиональным образованиям, введение полномочных представителей Президента логично завершили этот процесс. Никто при этом не покушается на компетенцию руководителя территории. Более того, реформа возвращает глав регионов на уровень их компетенции, они будут заниматься той работой, на которую их избрали. Серьезные изменения произойдут в ближайшее время и в системе органов местного самоуправления. Все вместе это выстраивается в исполнительную вертикаль, которая тоже напрямую подчинена Президенту.

- Эти вертикали перечеркнут договоры по разграничению полномочий между центром и субъектами Федерации?

- Теоретически возможность заключения договоров и соглашений существует. Есть закон, который прописывает такую процедуру. Но практически процесс этот себя исчерпал. Подписание индивидуальных договоров, индивидуальных соглашений всегда приводит к неустойчивости правовой базы и к недоверию, поскольку эксклюзивные нормы настораживают соседей, заставляя подозревать за ними особые отношения...

- ...что среди равных есть те, кто равнее?

- Да, что другие, возможно, "равнее". Поэтому перспективы сам этот договорный процесс не имеет. Но есть два пути построения отношений центра и регионов. Первый - это принятие законов по совместной компетенции в полном объеме, где будет расписано, за что отвечает федеральный центр, за что отвечает субъект Федерации. И это, мне кажется, задача для Государственной Думы наиважнейшая. И второй - в конституционном процессе. Надо вообще свести к минимуму саму статью, связанную с совместной компетенцией. Должно быть всем понятно, что в компетенции региона, что в компетенции центра. А все остальное регулируется законодательной базой, которая определяет степень взаимной ответственности и степень взаимного сотрудничества. Эта тема будет обсуждаться, вероятно, Государственным Советом в 2001 году. Она волнует руководителей субъектов Федерации. Хотя логика развития ситуации и сама начатая реформа показывают, что мы сегодня имеем возможность создать более прочную основу взаимоотношений, нежели просто договоры и соглашения.

- Сергей Николаевич, вы и прежде возглавляли Территориальное управление в администрации Президента, правда, задачи и функции его с прибавлением слова "Главное" значительно расширились. Однако главный объект вашего пристального внимания как были, так и остаются регионы. Теперь, когда они объединены в семь федеральных округов с полпредами во главе, вам легче стало работать или сложнее?

- Создание аппаратов полпредов и федеральных округов - это задача, которую Президент возложил на себя. И все возможные промахи или успехи на этом пути будут напрямую связываться с ним. Поэтому задача и администрации Президента - сделать все возможное для того, чтобы полномочные представители Президента, их аппараты как можно быстрее встали на ноги и как можно быстрее отработали главные задачи, которые на них возложены. С Главным территориальным управлением они не пересекаются. У нас есть свои функции, которые мы выполняем, обеспечивая работу Президента. Но при этом у нас самое тесное взаимодействие с полномочными представителями. Каждый из них отвечает за одну седьмую часть России, действует на этом участке. Поле нашей деятельности - все регионы одновременно. Ни ревности, ни недоброжелательности в наших взаимоотношениях нет. Потому что у нас с полпредами одна цель. И поставил нам ее Президент.

- Вы сказали, что в ближайшем будущем ожидаются серьезные изменения и в местном самоуправлении. Что это значит?

- Никто не оспаривает сегодня необходимости такой системы в России. Население должно иметь право формировать органы местного самоуправления, которые бы отвечали за ежедневные нужды и чаяния людей, их потребности, согласовывали бы интересы местного сообщества, разрешали споры, возникающие здесь. То есть решали простые житейские проблемы. И с этой точки зрения местное самоуправление - мощный фундамент для создания правового государства, для формирования гражданского общества и в общем-то для нормальной жизни людей на территории. Но когда проблемы поднимаются выше - на уровень района, крупных российских городов, - возникает много вопросов разграничения государственных функций и функций местного самоуправления. Сегодня значительная часть государственных функций находится как бы в провале между органами госвласти и органами местного самоуправления. Одни не могут выполнять эти функции, так как сфера их приложения - территория органов местного самоуправления, которое отделено от государства, а другие не в состоянии их выполнять, потому что не имеют для этого финансовых ресурсов и сами внутри субъекта Федерации являются высокодотационными. Требуется большая работа, чтобы исходя из интересов населения привести систему местного самоуправления в соответствие с ее назначением и ее возможностями.

- То есть свести к домкомам?

- Не к домкомам. Но ответить предстоит на много вопросов: как должно быть устроено местное самоуправление? Что такое район, что такое глава района? Что такое глава административного центра? У нас есть города, в которых проживает населения больше, чем в некоторых субъектах Федерации...

- И больше, чем в некоторых странах...

- Даже в некоторых странах. Поэтому назвать существующую там власть просто местным самоуправлением было бы нелепо. Между тем на стыке органов местного самоуправления и органов государственной власти субъекта Федерации возникает масса объективных и субъективных противоречий, которые сопровождаются затяжными конфликтами. Если же говорить о самой практике местного самоуправления, то и здесь не все ясно. Единой системы местного самоуправления в России нет. Можно насчитать до десятка его моделей. Ряд этих моделей не вписываются в действующее законодательство. Хотя действуют они не менее, а иногда и более эффективно, чем те модели, которые выстраиваются по Закону о местном самоуправлении. И в этом тоже есть определенный парадокс. Поэтому сейчас готовится ряд законодательных предложений со стороны Президента, которые бы позволили все упорядочить, разобраться с этой мощнейшей государственной проблемой и направить ее в нужном направлении.

- Наверное, есть смысл посмотреть с точки зрения укрепления вертикали власти и на региональные выборы. Здесь, как было заявлено, у Президента и его администрации нет никаких предпочтений. Но разве вы не заинтересованы в том, чтобы в региональную власть пришли дееспособные руководители, люди с государственным подходом?

- Смысл этого заявления в том, что Президент еще раз подчеркивает: против кандидатов на губернаторские посты не будет вестись какая-то закулисная борьба. Мы не собираемся чье-то избрание или неизбрание ставить в зависимость от того, какие отношения у претендента, если он действующий руководитель территории, были с центром. Все решат избиратели. Важно другое: дай Бог федеральному центру выстроить такую вертикаль власти, из которой не выскочит любой избранник народа, каким бы он ни был.

- И вы не собираетесь влиять на выборный процесс, даже если во власть вновь пойдут губернаторы, которые, мягко говоря, не справлялись со своими обязанностями?

- Повторяю, выбор за избирателями. Им решать - оправдали руководитель территории и его команда их надежды или нет, смогли создать условия для защиты интересов людей, для развития бизнеса, для решения насущных проблем населения или нет. Сумели ли сплотить политическую, административную, интеллектуальную, бизнес-элиту? Или губернатор опирался только на одну какую-то группу, обслуживающую его? А все свои промахи списывал на федеральный центр, не замечая внутреннего конфликта, разгорающегося в его регионе...

- Мы знаем ситуацию в каждом регионе и не имеем права не сказать представителю действующей власти о существующем у него конфликте, оценить его шансы на победу, дать совет. Мы ведь заинтересованы в том, чтобы люди, накопившие серьезный опыт политической, административной работы, использовали свой потенциал. Воспользуются они нашими рекомендациями или нет - это уже другой вопрос. Однако это вовсе не означает, что мы принимаем на себя какие-то обязательства по результату выборов.

- Но мы очень строго стоим на страже того, чтобы в эти разборки не были втянуты территориальные федеральные органы.

- Судя по опыту прошлых выборных кампаний в регионах, они все-таки бывают в них втянуты, когда представляют информацию о том или ином кандидате - платит ли налоги, не имеет ли криминальных связей и т. д.

- Да, мы должны информировать население о том, что за люди идут во власть. И это еще раз недавно подчеркнул Президент. Право населения - признать нашу информацию или не признать. Но сказать мы должны. Кто сегодня гарантирует, что преступные сообщества, криминальные группировки не имеют своего желания продвигать в любые органы власти своих представителей? Сегодня есть люди, которые хотели бы легализовать свой капитал, превратив его в политический. Не допустить этого - тоже наша задача. Другая связана с тем, что требуется усиливать, уточнять избирательное законодательство, региональное в первую очередь. Анализ выборных ситуаций показывает, что руководители субъектов Федерации стараются выстроить избирательную кампанию под себя, игнорируя элементарные законодательные нормы. Или идя на грани фола. Перенося, например, срок выборов при сокращении срока полномочий органа.

- Как пытались это сделать в Марий Эл?

- Как в Марий Эл, как в Татарстане. Или другой вариант: руководителю выгодно избираться по двухтуровой системе - он бьется за двухтуровую. Выгоднее в один тур идти на выборы - снова переделывают избирательное законодательство. Если каждые четыре-пять лет региональное избирательное законодательство будет подстраиваться под действующего руководителя, региональная власть будет неустойчивой, состояние элит в регионе - также.

- Сергей Николаевич, в предвыборную гонку включились многие ныне действующие руководители субъектов Федерации. Над некоторыми из них уже вознесся такой ореол кремлевского кандидата. По крайней мере при случае непременно указывается на "поддержку Кремля".

- Я еще раз говорю - слов "поддержка администрации" в нашем лексиконе не существует. Мы встречаемся со всеми претендентами на пост руководителя субъекта Федерации, чтобы выслушать, узнать, что он собой представляет, с какой программой идет, каковы его взгляды на взаимоотношения с федеральным центром. Все это для нас предельно важно. Потому что сидеть и ждать, когда закончится избирательная кампания, было бы наивно и глупо. Но сам этот разговор некоторые пытаются истолковать как поддержку.

- И все-таки всегда интересно, кто стоит за кандидатом. Уж не знаю, чего больше в этом интересе - желания угадать фаворита или правильно сориентироваться? Например, считают, что если претендентов поддерживает "Единство", значит это кандидаты от Кремля.

- Меньше всего мне хотелось бы, чтобы возникали подобные ассоциации. Мы вообще не ведем политического счета. Неверно говорят: если поддержало "Единство" - значит поддержал Кремль, если проиграл кандидат от "Единства" - значит проиграл Кремль. У нас нет такой задачи, чтобы совместно с "Единством" и через "Единство" обозначить своих кандидатов. "Единство" - формирующаяся политическая партия, которая имеет свои ориентиры, свои представления о политической элите в регионах, свой ресурс, еще не очень большой. Но в смысле выборов - это не кремлевская партия, чтобы по ней ориентировался избиратель или элита. У них своя собственная позиция, на которую мы где-то можем повлиять, где-то нет. Но во всяком случае свое мнение по поводу их позиции мы высказываем.

- Как вы оцениваете шансы нынешних губернаторов продолжить свою деятельность на этом посту?

- Шансы у всех разные. Но я бы отметил такой феномен - появились руководители субъектов Федерации, которые принимают решение не баллотироваться на следующий срок. Если бы у нас была воспитана культура власти, люди бы понимали: пять-десять лет быть руководителем на одном месте - это колоссальный срок по своему напряжению, если работать по-настоящему. Увы, культуры такой пока нет. И некоторые глядят на свои посты как пожизненно за ними закрепленные. Тем более ценно, что представив перспективу на четыре-пять лет вперед с точки зрения собственных планов, интересов, здоровья, глава Краснодарского края Кондратенко, Сударенков - калужский губернатор, Тихомиров - ивановский, Бирюков - камчатский, отказались баллотироваться на новый срок. Причем всех их объединяет одно, в свое время они пошли на выборы из-за неразберихи в своем регионе, чтобы стабилизировать обстановку, чтобы успокоилась политическая элита, чтобы власть начала внятно объяснять свои действия. И когда они эту задачу решили, поставили для себя вопрос - двигаться дальше с конструктивной экономической программой, рассчитанной на пять лет вперед и быть лидером в регионе или уступить это место другим. В данном случае каждый из них для себя принял решение уйти. И, поверьте, их авторитет от такого мужественного поступка в глазах населения только вырастет.

- Как вы относитесь к тому, что Шаймиев собирается баллотироваться на третий срок?

- С точки зрения федерального законодательства сегодня есть юридические основания для того, чтобы идти на третий срок. Но они скорее всего будут рассмотрены в судебном порядке в случае регистрации Шаймиева. С точки зрения политической, все страны, которые вступали в переходный период, увеличивали срок полномочий и Президента, и руководителей субъектов, составляющих страну.

- Значит, есть подобные планы и в отношении ныне действующего Президента России?

- Я не к тому, что мы прорабатываем этот вопрос или у самого Президента есть какие-то мысли, связанные с продлением своего срока. Хотя в прессе время от времени возникает дискуссия, как долго один человек может возглавлять государство. Два срока, но по семь или по пять лет? В окружении Президента разговор об этом не идет. И в особенности в отношении действующего руководителя страны. Но устанавливать срок, на который избирается руководитель субъекта Федерации, - право населения, живущего на территории. Регламентируя это из центра, мы по сути толкаем субъект Федерации на обман.

- Обман? В чем?

- Если в регионе решат, что возглавить его должен именно тот человек, кто долго ему служит и никто иной, найдут решение. Изменят рисунок власти: сегодня - двухпалатный парламент, завтра - однопалатный, и председатель парламента будет высшим должностным лицом в субъекте. Сегодня там президент, завтра председатель госсовета станет высшим должностным лицом в республике. Варианты таких обходных путей есть. А мы, укрепляя вертикаль власти, хотим вести с регионами честный диалог. /"Российская газета", 9 октября/

<< предыдущая статья     оглавление     следующая статья >>